Алексей Ботвинов о настроениях в Одессе
Опубликовано:: Ср, Июн 11th, 2014

А. Ботвинов: Рос ребенок, интересовался компьютером и дискотеками, а тут вдруг стал патриотом Украины

Алексей Ботвинов, 49 лет, пианист. Родился и живет в Одессе. Отец Иван Дмитриевич – проректор консерватории, мать Вера Беляева – пианистка, преподаватель консерватории.Алексей Ботвинов

В детстве мечтал стать футболистом. С 7 лет играл на фортепиано. Родители развелись, мать вышла замуж за народного артиста Украины Анатолия Дуду. Алексей говорит, отчим помог ему в становлении личности. 19-летним стал самым молодым участником и лауреатом конкурса пианистов имени Рахманинова в Москве. Теперь его считают лучшим в мире исполнителем музыки этого композитора. Окончил Одесскую консерваторию, два года стажировался в Московской. Отслужил в армии. С 1994-го по 1996-й жил в Дюссельдорфе, Германия. С премьеры балета за “Детскими сценами” Шумана 1994 начал сотрудничать со швейцарским хореографом Хайнцем Шперли. С тех пор совмещает гастрольную деятельность с позицией приглашенного солиста-пианиста Цюрихского балета. С августа 2009-го по май 2010-го исполнял обязанности художественного руководителя Одесского национального театра оперы и балета. Гастролировал в 40 странах. Любимый инструмент – черный рояль немецкой фирмы Hoffmann, сделанный перед Второй мировой войной. На нем играет с 15 лет. Заслуженный артист Украины. Один из организаторов Форума интеллигенции Одессы. Жена Елена – арт-менеджер. Имеют 8-месячного сына Михаила. Отдает предпочтение итальянской, французской и японской кухни.

Как изменилась и продолжает меняться Одесса, рассказывает пианист Алексей Ботвинов

– здесь обычно собирается вся культурная элита города, – объясняет пианист Алексей Ботвинов, назначая встречу в кафе-ресторане Bernardazzi возле Одесской филармонии.

Официант приветствует Ботвинова – видно, что его здесь знают. Проводит к заранее заказанному столику. Алексей просит принести апельсиновый фреш. В летней бежевой куртке усаживается на маленьком удобном диванчике за столом.

Как изменилась Одесса за 10 лет?

– Здесь всегда был дух европейскости и мягкости. Город с самого начала строился на основе очень толерантного отношения к людям разных национальностей и культур. Сейчас Одесса стала еще более прагматичной и менее агрессивной.

Как одесситы восприняли оранжевую революцию в 2004 году?

– Сначала – отрицательно. Но через год-полтора президентства Ющенко поняли, что общество развивается в лучшую сторону. Бизнес закрутился, социальная жизнь начала налаживаться. Состоятельных людей стало больше. Журналистика сделалась открытая. Почти все ругали власть, говорили, что Ющенко – националист, и зачем нам “насильственная украинизация”, хотя от нее никто и не страдал. Но вместе с тем было ощущение: достаточно неплохо развиваемся. Преобладали спокойствие и позитив.

Ботвинову приносят напиток. Он делает несколько глотков, отодвигает стакан в сторону.

Но потом Одесса проголосовала за Януковича. Почему?

– С надеждой, что станет лучше. В какой-то момент людей к этому шагу подвели разногласия в команде Ющенко. Это немного раздражало. Одесситы чуть ли не в один голос говорили: должно быть сплоченное руководство в государстве. Все были убеждены: “Регионы” наладят отношения с Москвой без потери европейского вектора. Для Одессы было важно подружиться заново с Россией. Эти отношения Ющенко испортил. А это – важная сторона бизнес-плана города. Выбирая Януковича, не голосовали против украинской идеи.

Когда появилось первое разочарование?

– После избрания Януковича все радовались: “наши победили”. Но по ощущениям это не была победа над врагами. Донбасс и Одесса – это две большие разницы. В Одессе никогда не бурлила мысль, что мы – против Украины. Где-то через полгода последовало резкое разочарование избранной властью. Ведь политика началась совсем другая, чем обещали. Первыми заговорили бизнесмены. Ходили с квадратными глазами. Ужасы рассказывали о поборах, что увеличились втрое. Налоговая, постоянные проверки – просто брали за горло. Начали забирать бизнес. Такой не видел Одессу никогда – сплошная депрессия. Люди понимали: Януковича не изберут снова, но надо протянуть до 2015 года. Никто не думал, что для изменений понадобится Майдан.

В культурной сфере, среди музыкантов также царил застой. Невозможно найти никаких спонсоров. Бьешься головой об стену, а все отказывают. Одни говорили: денег нет. Другие: деньги есть, но боимся показывать их. Ситуация напоминала 1990 годы. Но теперь это было совершенно немотивированно. Многие стали задумываться над тем, чтобы уехать из города, за границу. Элита пребывала в депрессии.

Большинство одесситов поддерживали Евромайдан?

– Сначала было 50 на 50. Мало кто верил в его серьезность. Все изменилось, когда 16 января Верховная Рада проголосовала за “законы о диктатуре”. За Майдан уже стало процентов 70. Это был переломный момент, когда люди поняли: этот ужас надо как-то остановить.

В чем самый большой страх Одессы сейчас?

– Одесситов очень раздражает, когда говорят: Юго-восточный регион. В нашем понимании нет такого понятия. Менталитет у людей на Донбассе другой. У нас никогда большинство не поддерживать идею присоединения к России. Есть просто люди, которые болеют за судьбу русского языка. Но и они: говорить хотят на русском, а жить – в Украине.
Два человека, которые сейчас пугают одесситов, – это Ирина Фарион и Дмитрий Ярош. И если Ярош для нас, как НЛО – никто его не видел, но все боятся, то от Фарион одесситы ощущают реальную угрозу. Не Тягнибок, к нему нормально относятся, а именно Фарион.

У нас никогда не было развитого бандитизма. Всегда вечером и ночью могли спокойно ходить по улицам – никто ни на кого не нападал. При том, если бы что-то и случилось, каждый знал: в милицию обращаться – бесполезно. Зато правоохранители занимались теми, на ком можно заработать. До 2 мая (в тот день в Одессе во время столкновения между пророссийскими и проукраинскими активистами погибли 47 человек. – “Страна”). Он нам еще долго будет помниться. Этого никто не ожидал. Был Майдан – да, Киев – политически активный город. Донбасс – до нас далеко, мы за ним наблюдаем по телевизору. У нас стоит Куликово поле – источник опасности, но такая агрессия не присуща одесситам. Такое впечатление, что она пришла откуда-то, что кто-то принес ее извне.

Теперь самый большой страх одесситов – война.

Из-за русского языка Одессу часто не воспринимали как проукраинский город…

– Есть такое понятие: русскоязычный патриот Украины. Наверное, 90 процентов одесситов говорят на русском, но ни в коем случае не хотят под диктатуру Путина.

Одесский актер Яков Гопп говорит, что местная элита деградирует, что лучшие художники уехали за границу.
– Все об этом говорят. Но выезд за границу произошел раньше – в начале 1990-х. Две трети интересных людей тогда покинули Одессу. Однако вокруг тех, кто остался, сформировалась новая культурная элита. Было ощущение “утраченного времени” в последние четыре года, но элита не умерла. Ее достаточно, чтобы миф Одессы продолжался.
Наши люди по-прежнему мало бывали за границей. Теперь – ездят. Оттуда привозят что-то новое. Колоссально выросла ресторанная культура, сервис. Ощущение провинции уменьшилось. Еще заезжаем в ужасный одесский аэропорт, но за его пределами – маленькая Европа.

На улицах слышали не раз: “Мы поддерживаем пробандеровское движение”. Какие у одесситов национальные герои?

– В моем кругу люди над этим прикалываются, называют себя “бандеровцами” или “жидобандеривцамы” – такой одесский юмор. Здесь никогда не было национальных героев. Правда, 9 мая считают святым днем. Теперь появилась Небесная сотня.

Люди стали чаще ходить в церковь. Но сейчас их раздражает, что большинство храмов – Московского патриархата, которые ведут открытую пропаганду.

Кто такой – патриот в Одессе?

– Многие идентифицируют себя, прежде всего, как одесситы, а уже потом – как украинцы. Сейчас появилось такое: чтобы спасти Одессу – нам надо быть в составе Украины. Потому что в Украине есть чувство справедливости, свободы слова, легче бизнесменам. Для того чтобы это все сохранить, нужно ориентироваться на Европу. Даже из таких прагматических соображений Одесса выбирает и защищает Украину. В последние месяцы эти идеи стали фантастическими. Этот тренд – быть украинским и защищать свое – как будто-бы взорвался. Особенно среди молодежи.

Люди моего поколения, старшие, просто шокированы этим. Как так: рос ребенок, интересовался только компьютером и дискотеками, а тут вдруг стал патриотом. Дети в Одессе кричат: “Мы будем защищать свою страну до последней капли крови. Я буду учить украинский язык!”. Режим Януковича, Майдан пробудили идею украинской государственности.
Многие одесситы буквально на моих глазах изменили свои взгляды, у них что-то внутри перерождается. Еще 10 лет назад такого категорически быть не могло. Прежде всего, подросла молодежь, которая никогда не жила в Советском Союзе. Она ориентирована на Европу. Идея быть с Россией – не модная и не актуальная для нее. Есть такие, что до сих пор ностальгируют по СССР, но они все менее активны, отживают свое.

У Ботвинова звонит телефон. Он извиняется. Говорит, должен бежать по делам. Прощаемся. Алексей подходит к барной стойке и рассчитывается за фреш.

Автор текста: Виктория ЦИМБАЛИСТА, Юлия ЛИПИЧ

Разместил

Андрон Креп -

Постинг и поддержка сайта/

Для связи: andronus1@gmail.com

Оставьте комментарий