Евродепутат: Поляки устали от Украины
Опубликовано:: Пн, Окт 12th, 2015

Евродепутат: Поляки устали от Украины

Много сказано, мало сделано, – экс-евродепутат Павел Коваль прокомментировал причины неудач польской дипломатии в Украине

179109

Польская дипломатия на Востоке в последнее время не может похвастаться особыми успехами, а непродуманное поведение политиков привело к тому, что поляки устали от Украины, – так считает бывший депутат Европарламента, сопредседатель комитета межпарламентского сотрудничества ЕС-Украина Павел Коваль. Об этом он говорил на конференции Польская восточная политика, который проходил во Вроцлаве.

В Украине Польшу считают самым большим другом, а поляков – наиболее дружелюбным к украинцам народом. Общим является убеждение, что Польша больше всех делает для украинцев среди европейских стран. Зато среди польских экспертов доминирует скептический подход к восточной политике, что она не является такой уж эффективной.

Откуда такая оценка?

– Оценка польской политики в отношении Украины зависит от того, какую перспективу выбрать. Я наблюдаю за тем, что происходит в обществе. Если в Украине симпатия к Польше и полякам растет, то в Польше, как видно из соцопросов, доминирует равнодушие к Востоку, поляки бегут от украинских проблем. Отражением этого является парламентская кампания. Ведущие польские политики в течение последних месяцев даже не произнесли слова “Украина”. Они чувствуют общественные настроения, а многие поляки не видят смысла в помощи соседям. Ведь ранее польские политики своими разговорами о помощи Украине, которые я называю “допомагацтвом”, разбудили у украинской стороны ожидания, однако ничего не сделали, а у поляков создали впечатление, что мы тратим неизвестно какие деньги на Востоке. Вместо разговоров о помощи, время строить с Украиной совместные проекты, которые могут послужить нашему общему будущему.

Так же, как во время этой кампании нет слова “Украина”, так нет и слова “Россия”. Полтора года назад, когда Россия оккупировала Крым и начала боевые действия на Донбассе, проходили выборы в Европарламент. Правящая партия Гражданская платформа предпочла тему безопасности и защиты от внешней угрозы и выиграла. Теперь этой тематики почти нет, хотя российская угроза не исчезла.

– Да, говоря о безопасности, политики апеллируют к общественным страхам, ведь люди боятся войны. Это нормально, что рядовому поляку кажется, что лучше не вести никакой политики на Востоке, потому что это потенциально угрожает началом вооруженного конфликта. Но политики должны помнить: собственно, пассивность и нежелание делать тяжелые шаги часто приводили к войне и несчастиям. Политики, конечно, должны слушать народ, но их долг – это также показать людям, в каком мире они живут.

Усталость от Украины в Польше, о которой было упомянуто, это результат большого количества информации из Украины или симптом более глубоких проблем?

– Думаю, причиной, наверное, является избыток информации из Украины. Поляки видят, что там что-то происходит, но не видят результатов изменений. К тому же, роль сыграло созданное политиками убеждение, что польские общественные институты в невероятных объемах оказывают помощь украинцам. Часто те акции, которые для украинцев делали польские неправительственные организации, отождествлялись с действиями правительства. Я бы сказал так: поляки как гражданское общество прекрасно показали себя во время Майдана и после, это привело к росту симпатий к Польше в Украине. Но дальше наше правительство не сделало ничего, чтобы этот капитал доверия и симпатии использовать.

Как последний большой успех поляков на Востоке описывают визит экс-министра иностранных дел Радослава Сикорского в Киев в конце февраля прошлого года, когда он вместе с немецким и французским коллегами пытался склонить к пониманию Януковича и представителей Майдана. После этого Польша уже не была влиятельным участником переговоров с целью улаживания украинского кризиса.

В последние месяцы в Варшаве можно услышать, что отодвинуть Польшу – это сознательная политика Германии. Разделяете это мнение?

– Я думаю, что неуместные слова Сикорского на Майдане о “вас всех застрелят” были использованы как повод, чтобы отодвинуть польских дипломатов от переговоров. Весна 2014-го является переломным моментом в польской восточной политике: до – Варшава была очень активной, после – почти исчезла. Свою роль сыграло то, что Сикорский не получил поддержки тогдашнего премьера Дональда Туска для более решительных действий.

В течение последних месяцев Варшава не раз подчеркивала, что хотела бы присоединиться к Нормандскому формату. Могло ли бы участие польских дипломатов существенно повлиять на ход переговоров?

– Трудно сказать, как бы выглядел Нормандский формат, если бы в нем принимал участие Евросоюз как организация. Отсутствие Польши – это не самый большой недостаток этих переговоров. Проблемой Нормандского формата является то, что там нет европейских институтов, с помощью которых все страны ЕС могли бы быть в курсе. Не пригласив ЕС за стол переговоров, Германия, Франция, Россия и Украина лишили других членов ЕС возможности принести что-то положительного в эти переговоры. Здесь хочу напомнить, что Польша является единственной страной ЕС, которая граничит и с Украиной, и с Россией.

Создается такое впечатление, в Брюсселе год назад больше ценили мнение польских политиков и экспертов по ситуации на Востоке. Почему так произошло?

– Сыграли несколько факторов: выход польской стороны из числа активных игроков на международной арене, странная реакция польских политиков на предложение предоставления оружия Украине. Пока мы разводили популистские дискуссии, все это оружие уже начали Киеву продавать. Варшава сама создала у европейцев впечатление, что не хочет играть первую скрипку в дипломатии на Востоке.

Результаты последней встречи Нормандской четверки в Париже украинский Фейсбук традиционно оценил хэштегом «зрада» и «перемога». Можно ли сказать, что переговоры приносят дивиденды Украине?

– Думаю, если смотреть реалистично, в Украине все идет очень хорошо. Россия оставила проект «Новороссии», в этом смысле Украина выиграла. При этом позиция Парижа и Берлина показывает, что Запад хочет заморозить конфликт на Донбассе. А замороженные конфликты всегда являются очень деликатным делом. Потому остается вопрос – кто за это заплатит? Россия ведет к тому, чтобы за Донбасс заплатили из украинского бюджета. Должно ли это автоматически означать, что эти расходы возьмут на себя США и ЕС – пока трудно сказать.

Новое Приднестровье на Донбассе – это худший вариант или лучший?

– Год назад я бы сказал, что плохой. Но сегодня должен констатировать, что другого-то и нет. В случае замороженного конфликта важная деталь – это масштаб. Приднестровье является маленьким, Абхазия и Осетия – маленькие, Донбасс – вообще другой размах. Вне вопроса денег, вопрос безопасности. С территориями, на которых существуют замороженные конфликты, всегда связана организованная преступность: наркотики, торговля людьми. Политики на Западе, есть такое впечатление, не осознают этого и не говорят, кто должен взять ответственность за такое развитие ситуации на Донбассе.

Россия начала военную операцию в Сирии. Влияет ли это на подход европейцев к улаживанию конфликта в Украине?

– Конечно, это существенно меняет ситуацию. Впервые с 1989 года Россия ведет себя как тотальная империя, приобщаясь к ближневосточному конфликту. В свою очередь, я не сомневаюсь, что Москва воспринимает и конфликт на Донбассе, и войну в Сирии как элемент противостояния с Западом. Именно так потребность вмешательства в Сирии Путин объясняет россиянам в телевизоре. Русские вспоминают СССР и радуются, что Россия снова сильна и ее боятся.

Елена Бабакова

Разместил

Андрон Креп - Постинг и поддержка сайта/ Для связи: andronus1@gmail.com

Оставьте комментарий